Story of the Warrior

Fri, 05 Sep 2008 12:05:00 GMT

Он сидел, оперевшись лопатками о необъятный ствол исполинского кедра, откинув голову на его морщинистое тело, устремя невидящий взгляд во мрак. Странная мудрая улыбка, невяжущаяся с его зауряднейшим лицом старого вояки, для которого дом - седло, а придорожный кабак - храм.
С губ его текли слова нашего боевого языка, который по общему уверению подходил для отдачи приказов к выступлению и необуз-
данной ругани, теперь же складывающиеся по законам неведомой удивительной гармонии, самый звук их покорял, хотелось подобраться ближе, крадясь как зверь, и пить их мудрость, скрываясь за деревьями... Спрятавшись в тени я с недоверием и восхищением слушал монотонную песню, забыв о дыхании, забыв о промокшей, грязной одежде, не чувствуя холода, поднимающегося вверх по спине.
Он пел, он пел, не замечая ничего вокруг, бормоча неразборчиво и мягко, словно сочувственно утешая устало ноющие мышцы мира.
А тот прислушивался, напрягая тысячи ушей, настороженно вгля-дываясь тысячами глаз, пытаясь понять слова человеческие, переложить на язык зверей и птиц, разнести дальше травам и кустам. А он пел, словно не замечая ничего, и спокойно у бока его лежала сабля.

Thu, 04 Sep 2008 10:52:00 GMT

Будда стоит перед моими глазами таким, каким предстал он впервые, десять лет назад, серым сержантом в серой форме, сером плаще, с тяжелым запахом немытого тела и прокисшего белья.
Весь тот день также был того же давящего серого цвета, каковым он и должен казаться после жестокого похмелья, под гнусным дождем, грязным и оставляющем маслянистые пятна на одежде.
Неутомимый северный ветер выводил свой реквием всем нам на натянутых растяжках солдатских палаток. Злорадная гнусавая нота сводила с ума, хотелось нырнуть под ворох грязных шкур и спрятавшись в их теплой вони спокойно умереть.
Леса, леса, леса, леса...
Леса во множественном числе, мокрые ветви, грязевая жижа, в которой прячутся скользкие корни.
Леса до бесконечнеости, клещи, падающие на спину, скользкие гусеницы, промокшие насквозь совы, ночные вампиры, тучи комаров на многие дни пути.
Леса до одурения. Повторяющийся во сне, бесконечно тяжелый путь в лесах.
Седла прели под нами, оставляя на штанах несчищающуюся грязь и отвратительную вонь. Кони, такие гордые и могучие, когда маршируют по улицам захваченных городов, черными гривастыми демонами скачущие в огне пожарищ, сейчас же они зябко поводили линяющими боками и лишь кивали головой под ударами, которыми осыпали их круп осатаневшие от дождя всадники.
Конница, конница, пехота, обоз...

Of Shadow...

Thu, 04 Sep 2008 08:50:00 GMT

Молчал и я, и перед сознанием моим вставал Человек, в сполохах пламени шествующий по Вселенной.
А Вселенная взрывается под его пальцами, он идет, озаряемый вспышками разрывов, он растит атомные грибы повсюду, куда-только может дотянуться его стальная рука.
Он высокомерно хохочет и плюет в лицо законам природы.
Он заменяет плоть и мысль потоками электронов и броневыми плитами.
Он гордый потомок дьявольских предков, сжигавших себя и других в огне своей кипящей ненависти.
Он орет, и сиплая песнь его есть вызов и аду и раю.
Он развешивает словно факелы свои миссионерские флаги, пахнущие серой и свинцом.
О Будда, видел ли ты в прозрении своем лазерный луч, взрезающий теплую, живую плоть?!
О вы, пророки и спасители прошлого, знали ли вы, как встает новое солнце водородного разрыва?!
Вы, крестоносцы, пронесшие свои жалкие факелы сквозь пески Аравии, вы, гордые султаны-победители, ставившие пяту на шею порабощенному миру! Знали ли вы тогда, что сотворили с душами нерожденных еще потомков?
Да, мы горды в своей нищете, и ужасны в доброте своей.
Да, мы жестоки в милосердии нашем!
Мы несем миру иго, пред которым меркнет извечные естественные законы. Мы сильнее их!
Мы - человечество солдат удачи, прожигающих себе дорогу сквозь все и вся во Вселенной, в которой нам было отказано в силу нашей же убогой отсталости! И то, что нам не позволено получить, мы берем силой рук закованных в железную перчатку.
И когда-нибудь мы скуем себе империю, которая прославит нас навеки, и которая после неизбежного своего падения превратится в ужасную легенду для потомков наших рабов...

Fri, 20 Jun 2008 15:12:00 GMT

...В тот день Король Ада поднялся со своего трона и шел среди нас, размахивая своим алым знаменем. За ним, говорили, следовали все Ангелы преисподней со своим оружием, вселяясь в сражающихся и подвигая командиров на смертную ярость. Но впереди их несся в атаку сержант, и тень расступалась перед ним, и ярче глаз звезд сиял его клинок, обрушиваясь на головы противников, вспарывая животы, круша стены из щитов. В какой-то момент мы оказались рядом, и я внезапно увидел, что губы его шевелятся, а лицо безмятежно спокойно, словно бы он осознал для себя главное и шел по этому пути спокойно и радостно, словно читая молитву. Не знаю укреплял ли он себя, либо проповедовал своим противникам, но странный ореол не то чтобы святости, но будто бы потустороннести окутывал его, и мечи в руках противников дрожали, и удары их не причиняли ему вреда. Кровь их, обильно брызжущая на его кольчугу, словно одела его в алую мантию.
Он убивал, а лицо его становилось все более неузнаваемым, словно через сталь и крутящийся вихрь огня он приобщался к чему-то великому, что принимало его в свои объятия.
И я уверен, когда лезвие вражеского топора проникло в его мозг, ослепительной вспышкой открылся ему новый мир и он наконец вырвался из этого мира и воспарил к тем высям, стремление к которым он проповедовал, и чей свет открыл ему вечную жизнь...

"Enlightened by Fire"
Update: 20-06-08 16:17