Почему то зацепило..((

Sat, 28 Mar 2009 02:32:00 GMT

Всем нам иногда мешают шумные соседи, громкая музыка, звон стаканов...неприятно правда? И милиция ничего сделать не может.
Рассказ про подобное. И так: Пожилая чета,шумный сосед, хрушевка, и огромная ненависть...
Шумный сосед.
Громкая, дикая, жестокая, зубодробильная музыка. 7 дней в неделю, каждый вечер и ночь. С 19 до 2, иногда до 3, порой даже до 5 утра. И все это новый сосед. Зачем он только въехал в их старую Хрушевку, и кто вообще он такой? Однажды Михаил Игнатич, набрался смелости и сил и постучал в соседскую дверь, на стук не открыли, после очередной порции ударов дверь таки открыла взлахмоченная девица, которая заплывшими пьяными глазами смотрела на старика.
-Те че надо хрыч ты старый? Михаил Игнатьевич смутился, и не только потому, что неожидал, что услышит в свою сторону столь нелестные слова, поскольку девица была почти что обнажена, за исключением маленьких трусиков которые ничего не скрывали, а только выделяли весь ее бабий срам. Проследив за его взглядом девица, расхохоталась, эротично изогнулась и прошептала – «Нравится дедушка? А твой то уже усох, поди? Хрыч ты старый! И закрыла дверь.
Вернувшись в квартиру, Михаил встретил встревоженный взгляд его супруги Ниночки. Оба они были ветеранами войны, пройдя через всю войну, они получили сначала квартиру в бараке, а затем благоустроенную двушку, в которой коротали свое время. Детей у них не было. Сынок, который родился после войны погиб от руки пьяного водителя, а больше рожать детишек Ниночка уже не могла. Михаилу было трудно признаться, но по ночам он плакал вспоминая о времени когда растил сына и надеялся увидеть в нем опору. Сейчас он бы точно помог.
-Что будем делать? Милицию вызовем?
-Да ты что…убьет же..
-Да давай вызовем, мы же за них, ради них будущего воевали! Нина Ивановна разозлилась, и огоньки гнева в ее добрых глазах не предвещали ничего хорошего. Михаил Игнатич набрал 02 и стал ждать…после 11 гудка телефонную трубку подняли и пропитой мужской голос осведомился – «УВД..слушааааю.
-«Извините, у нас...у нас сосед играет громкую музыку, не могли бы вы пр..Голос в трубке бесцеремонно перебил. – Че? Да ты больная что ль из за такого звонить, люди отдыхат понимаешь! – «Но как же, есть, же законы, мы пожилые люди! – «Да иди ты на…х! Ответил грубый молодой голос. Телефон на том конце провода бросили.
Нина Ивановна едва могла сдерживать слезы. Они были просто не кому не нужны. Разве ради этого умирали, когда то те кто воевал, разве ради голодного пойка на пенсии и хамства тех кто должен служить порядку? Разве ради этого? Слезы текли из ее старых но добрых глаз, она присела на стул и уткнувшись в платок заплакала. Посмотрев на жену, Михаил решил, хватит! Мы еще что то можем.
На следующее утро Михаил Игнатьевич снова постучал в соседскую квартиру. Наконец то открыл сосед, заспанные и неприятного вида парень неопределенных лет. – Те че надо хер старый? Осведомился он почесывая промежность. –«Вы ради бога извините, у меня кажется что то протекает и вот вот зальет вас через плинтус не могли бы вы помочь, пожалуйста? Михаил Игнатьевич показал соседу заранее приготовленный кусок мокрой ткани, которой якобы закрывал брешь. – Вот бля, старики пошли, то затопят, то сожгут. Ну, пошли хрыч, посмотрим. Прикрыв дверь своей квартиры, сосед вошел в квартиру Михаила. – Дед, а че у тя тихо тут так? Ты ж с бабкой живешь или она уже того?» Детина громко захохотал и устремился в зал. (Михаил Игнатьевич уговорил жену, отправится сегодня на дачу, что бы привезти огурчиков). Да нет…уехала она…
Бесцеремонно пройдя по квартире, детина удивилась, увидев медали висевшие на стене. – «А это че за рыжики?» - Медали это сынок, воевал я. – «Хех..да когда ты воевал хрыч ты старый, и за че. ты воевал? За нас? Вот! Привыкай к молодости и не звони больше, баб пугаешь только..а где протечка то? Детина все еше поворачивался вокруг свой оси что бы осмотреть комнату как стальная гирька, закутанная в мокрую тряпку деда отправила его в нокаут.
Очнулся сосед в темноте. –Ой блвавав…звузи из его рта скрыл умело наложенный кляп. Свет зажегся. Он был в подвале, в котором еше вчера отвязно курил химку с друзьями по работе. Сейчас вокруг была черная садовая пленка, а перед ним в фартуке и перчатках стоял Михаил Игнатьевич. Он вытащил кляп изо рта. – Старый..ой бля, как болит башка ты че…ты че придумал?
Михаил, молча посмотрел на соседа, и поднял ломик которым обычно отбивал лед с крылечка старого дома. С неподдельным ужасом смотрел теперь на него сосед, - Эээ старый ты че..да я тебя сук..Михаил снова закрыл кляпом рот. Он поднял ломик и с силой опустил на пальцы соседа, тот с хрипом поддался вперед и рухнул обратно привязанный к трубам теплоцентрали. Все снова и снова бил ломом сосед, вкладывая в каждый удар все больше ярости, злости, он вспоминал как пьяный урод убил его сына когда тот шел в школу, вспоминал как насмерть забили его друга пьяные подростки когда, получив пенсию он шел домой через пустырь, вспоминал друзей умерших от нехватки денег которые кто то разворовал, он бил все чаше и чаше медленнее поднимаясь по ноге хрипящего соседа. Нет, он не умрет, не сейчас.
Михаил Игнатьевич служил в санбате и умел накладывать шины, жена его приедет только через два дня, поэтому у него будет много времени, что бы вспомнить все то плохое, что было в его жизни. А ломик все поднимался и опускался, оставляя на стене забавные рисунки из капелек, порой так похожие на чьи то личики, которые скорчились в болезненной агонии.

(с)Антоныч---Форум Сахком.