Пипец.

Fri, 09 Apr 2010 08:45:00 GMT

Поорём?

Вот скажи мне, американец, в чём сила?

Sat, 14 Jun 2008 16:42:00 GMT

Можно жить, руководствуясь разумом, можно - подчиняясь чувствам. Но чем руководствуются те, у кого ни того ни другого нет? Кто-то говорит, что инстинктами и сравнивает таких людей с животными. Но чем животные заслужили такого унизительного сравнения? Человек, вашу мать, венец творения, уникален! Единственное животное, которое может убить другое животное не ради пропитания или самозащиты, а просто так. Единственное животное, которому может доставлять удовольствие от издевательств над кем-либо. Откуда это берётся в людях?

Люди инстинктивно ищут себе врагов?

Почему, к примеру, футболисты жмут друг другу руки после матча, а их фанаты друг друга бьют? Почему представители различных музыкальных направлений мирно сосуществуют, а поклонники этих направлений считают друг друга врагами? Почему все люди ненавидят тех, кто отличается от них в убеждениях?

Для себя

Tue, 08 Apr 2008 22:58:00 GMT

Конец прекрасной эпохи

Tue, 25 Mar 2008 21:05:00 GMT

Вот и всё. Вот что значит - нельзя делать ничего спросони. Недавно (а именно неделю назад) хотел включить радио. Чтобы его выключить, надо убавлять звук до щелчка, чтобы включить - соответственно, наоборот. Так вот, хотел я включить радио. И тут совершил роковую ошибку - вертанул не то колёсико. И потерял радиостанцию. С тех пор каждый день по полчаса трачу на то, чтобы найти эту радиостанцию, но все попытки тщетны. Частота, указанная на сайте, вообще выдаёт только шум. Частота же, которая была до этого, занята кучей разных радиостанций, но все они не те. Я прочесал уже каждый миллиметр шкалы, но не нашёл ни намёка на своё радио. А другое мне не мило.
P.S. радио "Маяк"

Мартышка и очки

Tue, 18 Mar 2008 19:31:00 GMT

Суть вот в чём: Мартышка - это я. Очки - это очки.
Очки я не носил уже больше года. Не просто не носил, а даже не одевал. И вот сегодня одел и тут же подумал: "так вот оно как у людей-то!" Тем, у кого хорошее зрение. никогда не понять, каким сокровищем они обладают, потому что они привыкли к этому. А я привык к смазанной картинке, причём привык до такой степени, что забыл в принципе, каково это - видеть всё отчётливо. На самм деле это пугает.

Что такое патриархат?

Mon, 17 Mar 2008 14:53:00 GMT

А вот что: после свадьбы в нашей стране принято, что жена берёт фамилию мужа. Есть имя, фамилия и отчества, никакого "матчества" в помине нет. Таким образом я - Константин Николаевич Еркин, а не, к примеру, Константин Иринович Чернецкий. В итоге получается, что от мамы у меня только глаза. И как тут можно говорить о равноправии? (:

Посылаю всем воздушный поцелуй.

Sat, 15 Mar 2008 22:06:00 GMT

А получаете воздушный перегар. Как мило...
В чьём-то скролле была интересная ссылка.
раздватричетыре пять, я иду тебя искать, ссылко!
А почему всё слиплось, а пять отдельно?
Update: 16-03-08 00:22
Апдейит! йопт. Ссылку не нашол((( Сплин нынче всё так же шикарен, как и был. И вот ещё что: сегодня я решил одну важную для себя вещь: надо написать завещание. Если мне при жизни удастся(заметте, не удасца :-) ) раздобыть афтограф Никиты Сергеевича Михалкова, пусть меня похоронят вместе с ним) А если нет - пускай же кремируют нафиг и развеят прах над Студенцом, если он к тому времени с концами не пересохнет.

Секта "Вкотакте"

Wed, 12 Mar 2008 22:27:00 GMT

Вот скажите, как это называется, когда девушка создаёт вконтакте группу "Против п@#доболов и сплетников" и пишет в ней мол вот такой-то парень (далее следует ссылка на анкету парня) - сплетник и вообще мудак. Будьте осторожны и т.д.? По-моему это верх маразма - сплетничать о том, что кто-то сплетник. Так вот, я написал своё мнение по данному вопросу на стене группы (в неочень литературных выражениях, о чём сильно сожалею и в чём искренне раскаиваюсь), и теперь эта, с позволения сказать, сучка крашеная закидывает меня матерными сообщенииями (кстати, с уймой ошибок). Чито дэлать то, люди?
З.Ы. Извиняться не предлагайте-не собираюсь. У нас свобода слова, я высказал своё мнение.

Чат в общаге

Wed, 05 Mar 2008 21:49:00 GMT

21:38 [Vestel] gde vse?
21:38 [Vestel] умерли?
21:39 [Активистъ] сиськи
21:39 [Vaneszlo] сиськи
21:40 [Golden Fenix] сиськи
21:40 [Vaneszlo] сиськи
21:41 [Golden Fenix] сиськи
21:41 [Vaneszlo] сиськи рулят
21:44 [Орало] сиськи
21:47 [Golden Fenix] сиськи

Бег

Wed, 05 Mar 2008 21:35:00 GMT

Ну типо вот

"Сегодня я успею! Сегодня я обязательно успею, я уверен, я знаю... Я верю!"
С такими мыслями запыхавшийся Олег запрыгнул на заднее сиденье старенькой жёлтой "Волги" и, переводя дыхание и закрывая дверь, свободной рукой подал водителю сигнал к отъезду.
-Куда? - осведомился складный коренастый мужичок с рыжей прокуренной бородой, шутливой горбинкой на носу и выцветшими серыми глазами, одного лишь взгляда на которые было достаточно, чтобы понять, что эти глаза не раз заглядывали за край света, и потому, вне всякого сомнения, могли видеть человека насквозь.
-Очень смешно! - саркастически заметил Олег, - Будто сами не догадываетесь.
-Не имею ни малейшего представления - ответил мужичок, расплывшись в добродушной улыбке, и лишь едва уловимая грусть в этих серых мудрых глазах выдавала его. Да, он знал, куда. Знал, зачем. В точности знал, чего от него хотят и искренне желал помочь, но не мог признаться в этом, потому что таковы правила, не он их придумал - не ему и нарушать. Олег был готов к такому ответу, он даже не догадывался, а точно знал, что бородатый добряк ответит именно так, и потому сказал:
-Ну раз уж не имеете, тогда на ваш вкус. Только довезите хоть куда-нибудь!
Машина двинулась по узнаваемым переулкам и улочкам, со знакомыми тротуарами и знакомыми людьми на них. И казалось, будто каждый человек за автомобильным стеклом был прекрасен и добр душой, у каждого была своя неповторимая и интересная история, свои желания, свои страхи, свои высочайшие мечты и глубочайшие мысли. И всё это великое множество бесподобных и неповторимых, до мозга костей "цветных" людей при объединении каким-то немыслимым и отвратительнейшим образом превращалось в однообразную серую массу.
Глядя на это обилие лиц, Олегу захотелось увидеть и своё. Он заглянул в зеркало занего вида и сквозь огромную кучу красно-лиловых пятен (Олег ещё не успел перевести дыхания после длительной пробежки, и потому сердце его бешенно колотилось, а кровь пульсировала в висках, отбивая какой-то замысловатый ритм) попытался разглядеть себя. Несколько секунд он сидел, сжав руками голову и отчаянно пытаясь замедлить темп дыхания, в то же время пялясь в зеркало и сдерживаясь, чтобы не помахать самому себе рукой. Потихоньку пятна отступили. По другую сторону зеркала сидел черноволосый парень двадцати шести лет с огрубевшими чертами лица, красный от бега и зноя. В глазах читались беспокойство и отчаянье.

...Олег вспомнил первый раз. Тогда на него глядел ещё 18-летний мальишка...

-Первый раз у нас? - будто прочитав его мысли, прервал молчание таксист. Олег кивул. - Тогда тебе в Белоозерский парк надо, там сегодня хоршо, после дождя-то, - с деланным гостеприимством изрёк мужичок с мудрыми глазами.
-Хорошо. Вези. Туда.- отрывисто ответил Олег, будто вбивая собственные слова в стоячий воздух.
-Ты окошко-то открой, посвежее будет - посоветовал водитель. Олег так и сделал.
Остаток пути ехали молча, прислушиваясь к шумам улицы. Когда "Волга" достигла заветного пункта B, таксист выключил счётчик, повернулся и сказал:
- Девяносто четыре - пятьдесят.
Олег, не теряя ни секунды, расплатился и покинул салон, с трудом отлепив вспотевшую спину от дерматинового сиденья. Таксист выглянул в окно и бросил вслед Олегу прощальный взгляд, едва сдержавшись, чтобы не закричать "Удачи, парень!". Но вот уже новый цветной гражданин откололся от серой толпы, влез на заднее сиденье и взвизгнул тоненьким голоском с хрипотцой, настолько звонким, что казалось, будто бы говоривший это каждое утро глотал битое стекло: "Трогай, шеф!", и он тронул.

Олег пошёл по до боли, до омерзения знакомому пути, изученному вдоль и поперёк, прибавляя шаг и виртуозно огибая лужи. Аномально большой, оранжево-красный, как революция, диск солнца тем временем беззвучно брякнулся о горизонт и раскололся на сотни маленьких солнышек, глядевших теперь прямо в глаза отовсюду: из окон панельных многоэтажек, из витрин продуктовых магазинов, из вальяжно раскинувшихся посреди дороги луж и даже из очков некоей дородной дамы в деловом костюме и с красной папочкой. Но времени на разглядывание всех этих несомненно возвышенных прелестей совершенно не было, ведь каждая потерянная секунда могла стоить стольких стараний.
"Я смогу, я успею! Только бы успеть!" - Олег уже перешёл на бег. Заученный маршрут: прямо по аллее до конца, затем налево, на улицу Малиновую, два квартала прямо, потом направо, на Гречневую, мимо цветочной лавки на Федосьевскую, затем, не доходя до светофора с милицейским "стаканом" - в переулок Тринадцати Отставных Адмиралов. Мимо бабушки с семечками, мимо огромного тёмно-зелёного фикуса в окне первого этажа, мимо подвыпившей компании бравых молодцов, пытающихся поставить на ноги своего самого бравого товарища. Вот она, арка, знакомый двор, третий подъезд. Весь маршрут, несмотря на свою длину, преодолевался им за каких-нибудь 3 минуты.
"Ну вот, уже так близко, я смогу!" - дверь подъезда распахнулась настежь. Пролёт, ещё пролёт. 92 чёртовых знакомых ступеньки. знакомое приоткрытое окно четвёртого этажа. Уверенный шаг - и знакомое ощущение полёта, затем множество ударов о знакомые ветки - и пустота.

...он снова вспомнил первый раз. Когда не понимал, что движет им, не знал, почему он не в силах управлять своими движениями, почему ноги сами несут его непонятно куда. Потом он вспомнил её. Вспомнил глубокие, смеющиеся глаза, синие, как небо сразу после заката. Вспомнил чуть бледные тонкие губы, волнистые каштановые волосы, вспомнил родинку на правой щеке. Вспомнил улыбку, способную светить ярче тысячи солнц и согревать, как миллионы костров. Вспомнил, ради чего он здесь...

Олег очнулся в реанимации, выслушав за последние десять минут все доводы и заключения врачей, находясь при этом в полубессознательном состоянии. Выслушав всё то, что он слышал тысячи раз: и о многочисленных переломах, и о внутренних кровотечениях, и о рождении в рубашке, и даже колкий комментарий уборщицы о том, что мол "в наше время подростки книжки читали, а не на етажи карабкались, сорванцы!" Понимая, что близится тот самый ключевой момент, он затаил дыхание и прикрыл глаза в ожидании. И вот молодой медбрат внушительных размеров получил указания хирурга и повёз Олега в палату. Путь лежал через приёмное отделение с новой порцией знакомых лиц. И среди них то самое лучистое круглое личико, которое он узнал бы из тысячи... нет, из миллиона. Да чего там, из всех шести миллиардов лиц. Она сидела, ожидая кого-то или чего-то, читала Булгакова и улыбалась той самой лучезарной улыбкой.
Олег сделал усилие и раскрыл глаза. Настал именно тот момент, та секунда, когда она оторвала глаза от книжки и, всё с той же светящейся и обезоруживающей улыбкой на губах поднимала взгляд к нему. Он попытался изобразть на изодранном и изувеченном ссадинами лице некое подобие улыбки. "Вот оно! Я успею! успею! успею!" - пронеслось снова в его гоове. Он поднял левую руку к ней, преодолев боль в сломанной грудной клетке, набрал воздуха в лёгкие и выдохнул:
-Я тебя...

-...люблю! - прозвучал сдавленный крик в пустоту занимавшегося рассвета. Он снова оказался здесь, в этой чёртовой комнате, в этой чёртовой кровати, как и в первый раз, как и каждое утро все прошедшие восемь лет.
Горькое чувство непонятной обиды и отчаянья подкатило к горлу и остановилось там, обратившись комом. Не сдерживая слёз, он вскочил с кровати и ударил сбитыми костяшками пальцев в стену. "Не успел. Не успел! Почему опять? За что?"
Он открыл окно. Свежий утренний ветер обнял его, мгновенно высушив скупые слёзы на щеках. Так же, как это случалось уже сотни раз.
Он знал, что любит её. Он знал, что она не просто сон, не предрассветное виденье. И он верил, что когда-нибудь найдёт её. Но сколько раз он ни пытался отыскать, ни Белоозёрского парка, ни Малиновой, ни Гречневой, ни Федосьевской, ни переулка Отставных Адмиралов нигде и в помине не было. Ни рыжебородого таксиста, ни дамы с красной папочкой - ничего. Если бы он увидел тот самый дом, то не раздумывая ни секунды взбежал бы на 92 ступеньки вверх и без всяких сомнений шагнул бы в то окно, если бы была хоть какая-то надежда, что при этом он увидит её. Но не было ни дома, ни ступенек, ни окна.
-Не успел! - даже не крик, а еле слышный сдавленный всхлип вырвался в открытое окно, обращая вверх взгяды случайных прохожих.

"Ещё успеешь" - подумала про себя Рита, поправив непослушную прядь волнистых каштановых волос и обнажив при этом родинку на правой щеке. Она каждое утро ходила этой дорогой на работу и всякий раз искренне переживала и сочувствовала странному человеку, вечно куда-то не успевающему.
-Ещё успеешь! - повторила она уже вслух, озарив улыбкой переулок, и подняла ввысь свои смеющиеся глаза, синие, как небо после заката.